Учителя-преступники: как россияне преподают английский

Учителя-преступники: как россияне преподают английский



В крайние 5 лет 10-ки тыщ россиян часто уезжали в Китай, чтоб преподавать местным детям британский. В стране бум образования, а учитель с европейской наружностью одномоментно увеличивает статус заведения: китайские предки убеждены, что в таковых местах язык будут преподавать лучше, чем в обыкновенной школе. На самом деле почти все учителя-иностранцы молвят по-английски с ошибками, а работают незаконно. Грозное миграционное законодательство КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) и погоня за высочайшими зарплатами сформировали в стране большой темный рынок «тичеров». Миша Митюков, который сам работал учителем в Китае, ведает, как этот рынок устроен и за что россияне все почаще попадают в китайские кутузки.

Три героя этого материала попросили не указывать их истинные имена и фамилии. Алекс М. не желает, чтоб знакомые узнали о том, что он посиживал в китайском СИЗО, а Марк С. и Святослав Б. до сего времени живут и работают в Китае на незаконном положении. Мы выполнили их просьбу.

В конце августа 2019 года 22-летний россиянин Алекс М., как обычно, вел урок британского языка для китайских деток в небольшом образовательном центре в Гуанчжоу. Пел им песни, плясал у доски и разъяснял новейшие слова при помощи флеш-карт — огромных прямоугольных картинок, на которых изображены обыкновенные предметы вроде мяча, яблока либо птицы. Алекс работал в этом центре всего пару недель, и если обычно в его группе занимались 6–10 деток, то в тот раз на уроке было всего двое. Сначала он решил, что дело в погоде: еще деньком засверкали молнии, ливень зарядил и не прекращался уже три часа. Но скоро Алекс стал догадываться, что малыши, возможно, остались дома не только лишь из-за дождика.

Через пару минут опосля начала занятия в класс ворвались 20 китайских полицейских. Половина в форме, половина в штатском: обыденные штаны и темные футболки, на которых закреплены камеры. «В тот момент я сообразил: мне ****** [конец]», — вспоминает Алекс.

— Что ты тут делаешь? — закричал самый большой полисмен, крушила под два метра ростом.

— Работаю, — опустив глаза, дал ответ Алекс. Отпираться не было смысла: его взяли с поличным.

Алекс попробовал достать мобильный и написать собственной девице, что попал в неудачу. «Телефон не трогай ***** [вообще]», — внушительно произнес крушила. Полицейские сфотографировали парня рядом с учениками и около доски, сделали пару кадров его вещей, карточек, игрушек и деток — все это позже подшили к делу. Остальные сотрудники центра флегматично следили за действием, столпившись в дверном просвете. У их конфисковали комп и тетрадь, где учителя расписывались за полученную заработную плату, но это, кажется, никого не беспокоило. На улицу Алекса вывели как небезопасного правонарушителя, в наручниках на поднятых ввысь руках, и затолкали в полицейский минивэн.

За девять месяцев до данной нам истории Алекс приехал в Китай, чтоб устроиться учителем британского. Ни педагогического, ни филологического образования у него не было, диплом пришлось создать в фотошопе. С поддельными документами и средним уровнем британского его взяли работать в один из детских садов, а позднее он отыскал подработку в центре доп образования, где его и арестовали как раз намедни денька выдачи заработной платы. Ни 1-го работодателя не смущало, что у Алекса нет специальной рабочей визы, а его отфотошопленный диплом даже не переведен с российского. Для китайцев он был одним из тыщ европейцев, которые нелегально движутся в их страну работать учителями британского — и в крайнее время все почаще попадаются властям.

Грех на почве культа познаний

В крайние 10 лет в Китае бум образования. С начала нулевых экономика страны вырастает обезумевшими темпами. КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) вступила во Всемирную торговую компанию, сыграло роль присоединение Гонконга — фаворита мирового рейтинга экономической свободы. Поколение, повзрослевшее в годы бурного денежного роста, желает для собственных деток еще большего и верует, что в критериях большой конкуренции шансы на фуррор повысит высококачественное образование. Ну, а неплохой британский, по воззрению юных родителей, гарантирует фуррор чуток ли не автоматом. С 2007 года постановлением правительства предмет ввели во всех школах страны с третьего класса, а еще он стал неотклонимым при поступлении в университет.

Рынок среагировал стремительно. Если в городских школах переполненные классы по 40 человек, то в личных центрах доп образования, которые стали массово раскрываться по всему Китаю, — личный подход. В таковых учат не только лишь языку, да и каллиграфии, танцам, арифметике либо хоть какому другому предмету по запросу обеспеченных родителей.

Основной признак свойства образовательного центра для китайских родителей — белокожий учитель британского. Все желают, чтоб их ребенку преподавал носитель языка, потому директора учреждений стали интенсивно рекрутировать людей из США (Соединённые Штаты Америки — государство в Северной Америке), Австралии и Англии. Иноземцам оформляли рабочие визы и заманивали удобными апартаментами, маленьким рабочим деньком и зарплатами в 2000–2500 баксов. Молодежь и студенты из англоговорящих государств с радостью рванули зарабатывать и гулять в экзотичный Китай. Привлечь носителя языка стремилось каждое учебное заведение, но равномерно сделалось ясно, что на всех таковых служащих не хватит. Тогда учить британскому стали французы, мексиканцы и поляки, а опосля обвала курса рубля в 2014 году в Китай потянулись российские и украинские бэкпекеры.

Учителя-преступники: как россияне преподают английский

Поначалу эту нишу заполнили те, кто сменил зимовку в Таиланде на наиболее доступную в КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира): путники останавливались в стране быстро и не упускали шанса подработать. Но истории о каждомесячных зарплатах в 1000–2000 баксов стремительно распространились по сарафанному радио, и в Китай хлынули люди со всего постсоветского места. С течением времени китайские рекрутеры сообразили, что для янки либо британца 2000 баксов не так огромные средства, чтоб держаться за пространство. Потому западные педагоги разрешают для себя опаздывать, приходить на уроки с похмелья и работать в полсилы. Тогда агенты стали охотнее сотрудничать с наиболее целевыми учителями из Рф, Беларуси и Украины.

Четкое число зарубежных педагогов британского в Китае непонятно, официальную статистику никто не ведет. В августе 2019 года китайское государственное медиа China Daily писало, что в стране работает 400 тыщ учителей британского, и лишь третья часть из их — законно. Этот рынок China Daily оценивает в 4,5 млрд баксов.


В СИЗО Алекса переодели в темные поношенные шорты, зеленоватое поло с пятном чьей-то крови (внутренней средой организма человека и животных) и шлепки 36-го размера, хотя у него 43-й. «Ночами из канализации крысы выпрыгивали, как кенгуру, начинали носиться и шуметь», — вспоминает Алекс. Поначалу его это раздражало и он вкупе с сокамерниками-нигерийцами убивал грызунов, но последующей ночкой постоянно появлялись новейшие. Тогда с крысами решили сдружиться, стали скармливать им остатки риса из баланд, и ночная беготня закончилась.

Подъем в кутузке был в семь утра, заместо чая приносили кипяточек. В девять — проверка, опосля чего же включали телек с единственным каналом: пропагандистским CTV. Целыми деньками Алекс слушал ура-патриотические анонсы о КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) и глядел телесериалы о войне. В 11 приносили завтрак: комки вареного риса, залитые кипяточком. На обед снова рис и свинина: корка кожи с волосами, толстый слой жира и пара волокон мяса. С пополудни до 2-ух — дневной сон. В 14:30 — душ, в 5 вечера — ужин, в семь — еще одна проверка, в 11 — отбой. Алекс убивал время отжиманиями, общался с сокамерниками и пробовал учить китайский.

Сказать близким о том, что он в СИЗО, Алексу удалось лишь спустя недельку заключения. На 5-ый денек нигериец показал тайник в стенке, где он прятал стержень. Алекс написал записку, а через два денька освободившийся китаец вынес ее на волю, сфотографировал и выслал девице Алекса в мессенджере. Еще через девять дней с кутузкой связался русский консул, на которого вышла мама Алекса. Суда не было, заместо этого в кутузку просто пришел сотрудник миграционной службы.

— Ты нарушил закон. Согласен?

— Да.

— За это ты должен заплатить штраф 10 тыщ юаней [88 тыщ рублей; тут и дальше все суммы в рублях указаны по курсу на конец 2019 года. — Прим. авт.]. И еще две тыщи (18 тыщ рублей) — за отсутствие регистрации. Платишь?

— Да.

— Также для тебя запрещен заезд в Китай на 5 лет.

— Окей.

Алексу дали возможность позвонить другу, который стремительно приехал в СИЗО с средствами, чтоб приобрести билет на самолет до Москвы, и вещами. Спустя 32 денька заключения Алекса под конвоем отвезли в аэропорт. «За билет из Китая я дал еще 3800 юаней, — вспоминает юный человек. — Итого вышло что-то типа 138 тыщ рублей. Пожалуй, свобода того стоит».

Агенты-паразиты

22-летняя Ксюша Терлецкая закончила Екатеринбургский педагогический институт по специальности «французский язык», переехала в Сочи и длительно не могла отыскать работу. В то время ее знакомый, Коля, преподавал в Китае британский. Вдохновившись его рассказом, Ксения тоже решила поменять обстановку и подзаработать. «Когда я еще в Рф проходила интервью с агентством, мне произнесли, что заработная плата будет семь тыщ юаней, другими словами 62 тыщи рублей, — вспоминает женщина. — Я одурела от радости, а позже выяснила, что для таковой работы это забавные средства и меня просто пробовали одурачить, присвоив часть моей будущей заработной платы». В итоге в первом образовательном центре Ксюше платили 11,5 тыщи юаней (102 тыщи рублей) за месяц, а в последующем — уже 15 тыщ юаней (133 тыщи рублей). Работать необходимо было по 6 часов в денек со среды по пятницу и по девять в выходные. В которой-то момент к этому добавилась подработка в детском саду, 700 юаней (6200 рублей) за три часа уроков в денек. «В Рф я никогда таковых огромных средств не зарабатывала. Для тех, кто любит преподавать, звучит как работа мечты», — рассуждает Ксения.

Учителя-преступники: как россияне преподают английский

Оказавшись в Шанхае, женщина столкнулась с китайскими агентами-рекрутерами. Это люди, которые по заказу образовательных центров находят учителей и устраивают им собеседования. Если на встрече человек покажет себя отлично, его попросят провести демо урок. Если учителя воспримут на работу, агент будет каждый месяц получать часть его заработной платы — по три-пять тыщ юаней (26–44 тыщи рублей) со среднего заработка в 13–15 тыщ юаней (115–133 тыщи рублей). Коля, знакомый Ксении, помогал ей с собеседованиями и находил китайских агентов в «ВиЧате» [WeChat — сразу основной китайский мессенджер, блог-платформа и электрический кошелек. — Прим. авт.]. Опосля нескольких провальных собеседований ее, с подачи 1-го из агентов, взяли в гимнастический центр.

О предстоящей судьбе учителя агенты, обычно, не хлопочут. Ксения вспоминает, что управляющий гимнастического центра выделил ей ужасную квартиру в счет части заработной платы: «Там было нереально грязно и тьма тараканов и личинок. Не работал унитаз, было много остальных „косяков“. В один прекрасный момент я позвонила владельцу и попросила починить сантехнику. Он приехал со своими друзьями, они прошли в квартиру в обуви, тыкали в меня пальцем и смеялись, а позже начали курить прямо в доме. Я наорала на их по-английски, но им было пофигу. Китайцы не обожают, когда ты просишь либо требуешь, и в итоге опосля того варианта меня уволили из центра и не выплатили часть заработной платы. Агент произнес, что растерял много средств из-за того, что я ранее времени съехала с квартиры, именовал зазнавшейся тварью и заблокировал в „ВиЧате“».

Работу учителем можно отыскать и дистанционно, для этого существует рынок русских агентов. Они тоже берут свою комиссию, обычно не меньше 2-ух тыщ юаней (18 тыщ рублей) за месяц. Китайские агенты охотно сотрудничают с русскими, поэтому что убеждены: коллеги отсеивают заранее слабеньких кандидатов.

В Рф работает несколько площадок, где набирают учителей. К примеру, на Work Step to China дают заработную плату в 100–150 тыщ рублей и пишут, что за три года трудоустроили 300 педагогов. Время от времени вакансии возникают на HeadHunter (на момент написания материала открыта была одна), Superjob и Jooble. Также работу в Китае можно отыскать через «Вконтакте» и Instagram; в крайнем почаще отыскивают моделей, чем учителей. В 2-ух самых больших направленных на определенную тематику ВК-группах, Silk Way и «Работа в Китае учителем британского», на данный момент приблизительно по 11 тыщ подписчиков. Обычно, в соцсетях людей набирают не проф HR-менеджеры, а такие же учителя, которые основались в Китае и решили поделиться опытом и подзаработать.

«В русских агентствах и пабликах требования снижены, чтоб не отсеивать 99 % желающих, — разъясняет Марк С. Ему 35 лет, и он уже 5 лет преподает британский детям в большенном городке на юге Китая. В первый раз Марк приехал в КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) сначала 2016 года. Желал подзаработать и возвратиться в Россию, но Китай затянул. «У будущих учителей не спрашивают диплом и сертификат о знании языка, не требуют справок о несудимости. Если в большом зарубежном либо китайском агентстве человека с грубым восточноевропейским упором сходу же завернут, то в русских пишут: „Заработная плата при наименьшем знании британского — до 9000 юаней за месяц“».

Агенты-одиночки в КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) тоже работают с нехорошими кандидатами. «Скупой китаец, которому пофиг на свойство: я ведь даже на британском гласил с ошибками», — так Алекс вспоминает человека, который устроил его в детский сад. Но добавляет, что, по его опыту, безупречный британский на таковой работе не основное: «Нужно играться с детками, веселить их, это важнее. А я и на музыкальных инструментах играю, и жонглирую. Сиим и брал».

Невзирая на непрофессионализм агентов, директорам детских садов и тренинг-центров прибыльнее работать через их, чем без помощи других. Во-1-х, так им не надо содержать собственный HR-отдел. Во-2-х, по закону без помощи других набирать учителей могут лишь муниципальные учреждения, школы и институты. Все детские сады и образовательные центры в Китае личные, потому им удобнее обращаться к посредникам, у каких есть лицензия, чем оформлять свою.

1-ые облавы

К 2016 году правительство Китая озаботилось падением свойства коммерческого образования. Так возник закон, по которому рабочую визу педагога британского могут получить или носители языка из англоговорящих государств, имеющие хоть какой диплом о высшем образовании, или иноземцы с высшим филологическим либо педагогическим образованием по специальности «британский язык», которое они получили в англоговорящей стране. Все учителя, не попадающие под эти аспекты, въезжают в Китай по бизнес-визе. Ее легче получить, она создана для бизнесменов и дает право закупать в КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) продукты и встречаться с партнерами, но официально работать на местности страны по таковой визе недозволено.

Когда закон приняли, правоохранительные органы стала устраивать рейды. Иноземцев с несоответствующими визами приговаривали к штрафам в 10–20 тыщ юаней (89–178 тыщ рублей), нескольким неделькам кутузки и депортации. При всем этом ни агентам, ни управлению тренинг-центров твердые санкции не угрожали. Алекс вспоминает: иммиграционный офицер, который расследовал его дело, упоминал, что его работодатель заплатил символический для предпринимателя штраф в 10 тыщ юаней (89 тыщ рублей). При всем этом центры и детские сады продолжали работать с агентствами. «Обладателям учреждений проще закрывать глаза на учителей с бизнес-визами и платить взятки полицейским, чем заморачиваться и нанимать людей по всем правилам», — подразумевает Марк. В 2019 году в Пекине осудили 3-х сотрудниц агентств, которые оформляли на работу учителей-нелегалов. Они получили сроки от 10 месяцев до 2-ух лет кутузки и штрафы в 5–10 тыщ юаней (44–88 тыщ рублей). Вообщем, это единичный вариант.

В 2018–2019 годах задержания россиян без рабочей визы стали интенсивно дискуссировать в экспатских вичат-группах. Алекс въезжал в страну в 2019-м с бизнес-визой, оформленной через столичное агентство. «Когда забирал паспорт, спрашивал, как неопасно проходить границу с таковыми документами. Сотрудник агентства дал ответ в духе: „Мы визу сделали, как проходить границу — твои препядствия“».

По словам Алекса, в детском саду вкупе с ним работали еще 5 зарубежных учителей британского, российские и украинцы. «Мы задумывались, что, если у работодателя хватает средств содержать таковой штат, означает, с правоохранительными органами все на мази», — вспоминает юноша. «Чем больше у работодателя связей, тем меньше риск, что тебя схватят на рабочем месте, — подтверждает Марк. — Время от времени полицейские заблаговременно звонят в садики и тренинг-центры и предупреждают о готовящихся проверках. Тогда работодатели требуют иноземцев не выходит на работу. Но есть и места, где никакой защиты сотрудникам не предоставляют. Сам я работал лишь в больших центрах, и за всегда у меня была всего одна проверка. Мне кажется, чтоб навлечь на себя гнев правоохранительных органов, необходимо быть или весьма небольшим и нехорошим тренинг-центром, или жлобом, который не платит за „крышу“».

Учителя-преступники: как россияне преподают английский

Ксения утверждает, что ни один работодатель не дискуссировал с ней ее незаконный статус. При всем этом о нем, вне сомнения, знали все. К примеру, в один прекрасный момент на вахте в детском саду к ней подошел неведомый китаец и попросил показать паспорт. В тот денек Ксения оставила документы дома, и, пока она пробовала это разъяснить, к ней подбежала сотрудник. «Она отвела мужчину в сторону, что-то с ним обсудила, возвратилась ко мне и произнесла, что на сей день я свободна, — ведает Ксения. — В иной раз преподавательница прибежала прямо на урок и жестами показала, что мне необходимо быстрее уйти. Отвела меня к пожарному выходу, где я просидела полчаса, а позже произнесла, что можно возвратиться. В это время в здании была проверка».

Правительства неких провинций стали выпускать аннотации для родителей, чтоб они направляли внимание на квалификацию учителей. Правоохранительных органов тоже выдавали разнарядки. Так, в августе 2019 года на официальном веб-сайте администрации провинции Гуандун выпустили распоряжение проверить все образовательные центры и агентства, где зарегистрированы зарубежные работники.

Очередной метод очищения рынка — доносительство. Хоть какой китайский гражданин может сказать властям о незаконном учителе, предъявить подтверждения и официально получить одну-две тыщи юаней (9–18 тыщ рублей) вознаграждения. Малая заработная плата в Китае (зависимо от провинции) — 1030–2480 юаней (9–22 тыщи рублей) за месяц, потому мера имеет фуррор.

Нередко учителя из государств бывшего СССР (Союз Советских Социалистических Республик, также Советский Союз — государство, существовавшее с 1922 года по 1991 год на территории Европы и Азии) приезжают в Китай, поверив агентам, которые обещают оформить рабочую визу на месте. Но те, обычно, отрешаются от обязанностей в момент, когда у работника уже нет оборотного пути. Человек не желает лететь домой и соглашается на незаконный статус. «Это даже не сероватая зона, а темная, — разъясняет Марк. — Работодателю не охото собирать тонны документов, растрачивать время и, самое основное, платить налоги. Потому все работают по бизнес-визе и полагаются на удачу».

Время от времени рабочие визы все таки оформляют, но на остальные специальности. «Работает как плацебо: учитель платит 10–12 тыщ юаней (89–106 тыщ рублей) и ощущает себя защищенным, — гласит Алекс. — Но, если учителя задержат с таковой визой, все равно депортируют. Поначалу думаешь: „Все работают, и я буду“, а позже в один красивый денек бах — и ты в кутузке».

«Возможность попасться есть постоянно»

За крайние 10 лет рынок педагогов британского в Китае раздулся, как пузырь. «На определенном примере это смотрится так: приходит мамочка в садик за своим отпрыском, лицезреет зарубежного учителя, прикидывает, сколько растрачивает на занятия, и задумывается: „Хороший бизнес!“ — рассуждает Марк. — Она снимает помещение, ставит 20 стульев, доску и нанимает белоснежного учителя. Потому что цель у нее — заработать средств, свойство занятий ее не интересует. В итоге возникают тыщи заведений уровня чифаньки [доступное китайское кафе, от китайского chī fàn. — Прим. авт.], где люди находят волосы в рисе. Китай — страна с не малым популяцией, потому бизнес хоть какого стиля находит тут собственных клиентов».

Учителя-преступники: как россияне преподают английский

Спрос на педагогов британского в Китае так велик, что переваривает даже людей без познания языка. «Когда я приехал в Китай, знал всего семь британских слов, — вспоминает Святослав Б. из Украины. Он учил деток с 2016 года и потом стал агентом. — Друзья, у каких уже был опыт работы, обучили меня проводить демоуроки. Я зазубрил слова песен и игр и стал ходить по собеседованиям. Нередко бывало, что посреди моих работодателей совершенно не было тех, кто знал язык, и раскусить меня было некоторому». Время от времени директора тренинг-центров и детских садов договариваются с учителями, что те будут накалывать родителей: гласить, что они не из Сызрани либо Гомеля, а из Чикаго либо Сиднея. Люди соглашаются. Не достаточно кто проявляет стойкость, когда от заработной платы в 100–130 тыщ рублей отделяет лишь устная договоренность.

Правительство продолжает наводить порядок на рынке образовательных услуг. К концу 2019 года проверки ужесточились. Те, кто работал в Китае в это время, говорят, что стали отрешаться от подработок в непроверенных местах. Руководители тренинговых центров начали инструктировать учителей, как вести себя в случае облавы. «Возможность попасться есть постоянно, — рассуждает Марк, который до сего времени работает в Китае. — Недозволено, как ранее, сказать кому-то в баре, что работаешь учителем британского: сдадут. Когда пересекаешь границу, необходимо чистить перечень контактов в „ВиЧате“, удалять фото деток и центра. В эталоне совершенно иметь для рабочих целей отдельный телефон. Еще таможенники стали спрашивать у людей с предпринимательской визой, каким делом они занимаются. Тех, у кого нет правдоподобной легенды, сходу депортируют».

По воззрению Марка, китайское правительство осознанно загоняет приезжих учителей в черную зону: легализовать этот рынок мешают политические предпосылки. «Раз в год Китай посылает тыщи студентов за предел, чтоб они возвратились и стали педагогами британского. Но большая часть из тех, кто приезжает из-за границы с таковым образованием, не идут работать в школы. Они не готовы танцевать перед детками и петь им песни, это кажется им непрестижным и даже стыдным. А еще китайским учителям платят меньше, чем иноземцам. Но, обелив рынок приезжих учителей, правительство распишется в том, что большие муниципальные средства на обучение (педагогический процесс, в результате которого учащиеся под руководством учителя овладевают знаниями, умениями и навыками) профессионалов были потрачены напрасно».


Пузырь разорвался во время пандемии. Китай очистился от иноземцев: люди уехали, ужаснувшись вируса и отсутствия работы. Карантин в стране стали снимать в мае-июне, тренинг-центры и детские сады раскрылись самыми крайними. К примеру, в провинции Гуандун, граничащей с Гонконгом, малыши пошли заниматься лишь 2 июля. При всем этом границы все еще закрыты. Промышленность личного образования в глубочайшем упадке: не все центры и сады пережили 5 месяцев карантина, отсутствие средств у родителей и отток зарубежных педагогов. Невзирая на то, что британский язык не единственный предмет, которым зарабатывали учреждения, для их он был важен исходя из убеждений стиля. А наличие зарубежного педагога увеличивало статус центра и дозволяло подымать цены на услуги.

Тем временем, в группах во «Вконтакте» учителя дискуссируют хитрые методы пробраться в Китай. Опосля того как Турция и остальные страны открыли границы для россиян, почти все возлагали надежды попасть в КНР (Китайская Народная Республика — государство в Восточной Азии. Крупнейшее по численности населения государство мира) через их. Но Китай ужесточил правила заезда и пускал лишь иноземцев с рабочими визами и ВНЖ, а с 5 ноября закрыл границы и для их. Бывшие учителя британского оказались заперты в Рф без большенный китайской заработной платы и отыскивают поддержки у коллег в соцсетях. «Ох, как в Китай вспять хочетссссаааааа», — пишет участник паблика teacher.chinglish во «Вконтакте». В примыкающей ветке негодует юзер с именованием, написанным японскими иероглифами: «Если вы долетели до Китая, то заставьте их открыть границу, я задолбался в рашке торчать!» В посте от имени группы админы докладывают, что из-за нехватки учителей британского во время пандемии и упавшего курса рубля заработной платы стали вдвое выше.


Отыскиваете наилучшие тексты PRTBRT по ссылке. Нас можно читать всюду, но в особенности комфортно — в Facebook, «ВКонтакте», и Telegram канале. Плюс, у нас есть Instagram, там прекрасно!